penata

Книга, которую я никому не порекомендую читать. Эмоциональная глубина и изощрённый эмоциональный садизм по отношению к читателю.
История дружбы, история любви, история травматического опыта, история про мужскую эмоциональность, контакт, про то как вырастает привязанность, ну и, кому это сильно небезразлично, - про геев.
Книга про эмоциональное пространство. В ней практически отсутсвует социальные маркёры времени и практически нет связи с реальными социальными событиями. Очень условно место и вся история очень малореальна с точки зрения социальных закономерностей. Так судьбы не складываются. Биографии героев нужны скорее, чтобы показать как устроена их эмоциональная реальность.
Янагихара аккуратно вводит читателя в эмоциональное пространство героев (четырёх друзей и их окружения). Не говоря об эмоциях, но раскрывая их через контекст жизни героев. И когда читатель оказывается внутри этой эмоциональной реальности и ему начинает казаться "чего же боле?" она обрушивает на читателя всю жесть проживания жуткой детской травмы одного из героев. Без психологии, только хардкор, через окружающих его близких людей. Хардкор начинается тогда, когда книгу уже просто так не закроешь.
Погрузившись в первые главы (а это было непросто - я начинала читать 5 раз), читатель вязнет в эмоциональной реальности героев. И сначала продолжает потому, что очень интересно как же так могло быть. А жесть крепчает. Последние главы дочитываются в соплях и слезах на "ну должна же она помочь мне закрыть ту дыру, которую проделала своей книгой". Все как в эмоциональной реальности.
Дыра... ну в общем-то закроется. Но не сюжетом - предельно логичен в своей жестокости. А тем как написан текст. И ещё тем, что приходит осознание, что психика в состоянии перерабатывать даже очень сильные травмы. И в этом мы помогаем друг другу.
В общем, художественный вариант "ненависти и контейнирования". Главный герой явный пограничник с аутоаргессией, хорошей карьерой, сочетающейся с эмоциональной обедненностью, страхом отвержения. В книге прекрасно описана идентификация с травмированным, принятие, помощь в контейнировании травматического опыта.
Интересно что сама Янагихара пишет про психотерапию, к которой явно стоило бы прибегнуть в случае Джуда: «Психотерапия для меня — форма контроля над сознанием, насилие над собой, вроде выскребания мозгов ложкой, чтобы потом отдать их в чужие руки».
«Жизнь коротка, — откровенничала Янагихара в интервью американскому Newsweek, — и закончится она смертью и несчастьем. Но мы все равно живем».
В общем, чего ещё ждать от дочери патологоанатома)