(no subject)
Nov. 17th, 2024 10:51 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
penataЭмоциональная обстановка была очень похожа на Эриксоновский разбор другого известного политика.
С отцом все понятно.
Папа пахал, как вол. Но не только потому, что так надо было. Денег было более чем достаточно. И где-то после рождения Дональда семья переехала в дом в Куинсе на более чем на 20 комнат. Построенный, естественно папой.
Просто кроме "делать дело" Фред ничего не умел. Домой он приходил только кушать и отдыхать (5 детей, не считая выкидыши).
Семья особо никуда не выезжала. Медовый месяц родителей длился один день. Про друзей семьи, какие-то традиции не упоминается.
Обстановка напоминает эриксоновское "когда отец приходил домой, даже стены србирались духом". Которого не случалось только по одной причине. Немецкие отцы были раздавлены государственой машиной, в которой они были винтиками.
Фред Трамп в американской культуре был супер успешным. И сам строил машины, в которых работали винтики. Но не государственные, а бизнес-винтики.
Поэтому, когда, вернувшись, домой, он оказывался там, где дети играли: дети останавливались и ждали,когда отец покинет помещение. Ноль контакта. Ни Фред не знал что делать с детьми (заставлять копать или добывать электричество не по статусу) ни дети не знали что делать с Фредом. Но лучше не нарываться.
А вот мама Трампа на 100% в духе описаний Эриксона немецких матерей. В 18 лет эмигрировала из Шотландии, где ей, младшей дочери бедной семьи, никакого замужества не светило. Очень быстро вышла за муж за Фреда. Про качество связи говорит один день медового месяца. По-протестански набожная и очень правильная: благотворительность и все такое. Но совершенно никакая по эмоциональному интеллекту. А после рождения брата Роберта (на 2,5 года младше Дональда), она еще и заболела, чуть не умерла. Домом управлять не перестала, благотворительность не бросила. Но детям могла дать только "мертвую мать".
Что не мешало Трампу говорить о том, как она для него важна и значима. Так же, как не мешало немецким мужчинам боготворить матерей, которые были покорными свидетелями отцовского произвола. Но тут прямо такой жести не было.
С отцом все понятно.
Папа пахал, как вол. Но не только потому, что так надо было. Денег было более чем достаточно. И где-то после рождения Дональда семья переехала в дом в Куинсе на более чем на 20 комнат. Построенный, естественно папой.
Просто кроме "делать дело" Фред ничего не умел. Домой он приходил только кушать и отдыхать (5 детей, не считая выкидыши).
Семья особо никуда не выезжала. Медовый месяц родителей длился один день. Про друзей семьи, какие-то традиции не упоминается.
Обстановка напоминает эриксоновское "когда отец приходил домой, даже стены србирались духом". Которого не случалось только по одной причине. Немецкие отцы были раздавлены государственой машиной, в которой они были винтиками.
Фред Трамп в американской культуре был супер успешным. И сам строил машины, в которых работали винтики. Но не государственные, а бизнес-винтики.
Поэтому, когда, вернувшись, домой, он оказывался там, где дети играли: дети останавливались и ждали,когда отец покинет помещение. Ноль контакта. Ни Фред не знал что делать с детьми (заставлять копать или добывать электричество не по статусу) ни дети не знали что делать с Фредом. Но лучше не нарываться.
А вот мама Трампа на 100% в духе описаний Эриксона немецких матерей. В 18 лет эмигрировала из Шотландии, где ей, младшей дочери бедной семьи, никакого замужества не светило. Очень быстро вышла за муж за Фреда. Про качество связи говорит один день медового месяца. По-протестански набожная и очень правильная: благотворительность и все такое. Но совершенно никакая по эмоциональному интеллекту. А после рождения брата Роберта (на 2,5 года младше Дональда), она еще и заболела, чуть не умерла. Домом управлять не перестала, благотворительность не бросила. Но детям могла дать только "мертвую мать".
Что не мешало Трампу говорить о том, как она для него важна и значима. Так же, как не мешало немецким мужчинам боготворить матерей, которые были покорными свидетелями отцовского произвола. Но тут прямо такой жести не было.
